Пожалуйста, утилизируйте за собой останки

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Пожалуйста, утилизируйте за собой останки

Иначе они начнут вонять.

где-то в глубине лесов Коры ◦ ❖ ◦ 4867 год
Мецкэнетт Ксеф’Хаир, Джулиан Вудкрофт

Инструкцию по утилизации см. на стр.482 приложения 5.
... что значит она вырвана?

Эпизод закрыт для других участников

[Джулиан Вудкрофт]

На какой планете Око раскинуло свои владения на этот раз? Это уже не имело никакого значения. В большинстве случаев все эти ландшафты выглядели для Наблюдателя, как один. Он существовал в этой зоне век за веком, словно в капсуле застывшего времени, не меняя ни занятий, ни привычек. Читать книги, проводить инвентаризацию артефактов, возиться с котом или часами пялиться в одну точку в меланхоличной прострации — все едино.

Око по-своему любило Джулиана. Как же еще объяснить то, что оно реагировало на его желания, даже в какой-то мере будто бы заботилось о его благополучии. Без разницы, какая погода и время года были на той или иной планете — в зоне аномалии условия сменялись на те, в которых было комфортно Наблюдателю. За невидимой чертой становилось заметно прохладнее, зелень на деревьях сменялась приглушенными оттенками рыжего и золотого, солнце скрывалось за пасмурной хмарью, временами накрапывала снулая морось, сменяющаяся проливным дождем.

Дождь шел и сегодня. Закутавшись в безразмерный темно-зеленый кардиган, Джулиан стоял на крыльце с сигаретой и смотрел в никуда, словно заснул с открытыми глазами под неспешный шум капель по листве и навесу. Разве что его рука машинальным движением поднималась ко рту для очередной затяжки и снова опускалась обратно. Неизвестно, сколько бы он еще так простоял, если бы его взгляд не сфокусировался на приближающейся к библиотеке женской фигуре, чуть ли не силой вырывая сознание из бездумной умиротворенной пустоты.

Посетительница. Конечно. На приблизившуюся женщину Джулиан уставился в упор, заставляя себя собраться с мыслями и вместе с этим сознательно растягивая паузу. Обычно в таких случаях его либо пытаются убить, либо нет. И судя по тому, что атаки до сих пор не последовало… Видимо, на этот раз ему повезло.

— Проходите, — сухо сказал он, посторонившись, чтоб пропустить ее в библиотеку.

Оставив окурок в жестяной банке, прикрученной к столбу крыльца, он последовал за женщиной внутрь библиотеки. Предоставив той самостоятельно разбираться с тем, что ей хочется, он зашел за стойку и облокотился на нее, неотрывно наблюдая за посетительницей — скорее по привычке, чем в целях надзора. Бестолковый Арчи же осторожничать не собирался и в восторге крутился вокруг новой гостьи, обтираясь об ее ноги и усиленно линяя длинной светлой шерстью.

И в чем же на этот раз заключалась нужда очередного искателя знаний и силы?

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Это, наверное, закономерно, когда становишься некромантом. Или вампиром. Или увлекаешься любой другой дрянью, запрещённой на просторах Ядра, мало-мальски толковые знания о которой в лучшем случае хранятся за семью замками, а в нормальном – просто уничтожаются.

Естественно ты начинаешь искать тайных знаний. Естественно ты начинаешь проверять любые, даже самые бредовые бабкины байки, сулящие хоть призрачный шанс обрести искомое: все эти тайные мавзолеи забытых орденов, катакомбы храмов исчезнувших цивилизаций, подвалы сгоревших особняков еретических фамилий…

Естественно большая часть всего этого оказывается полной хуйнёй.

Естественно однажды ты натыкаешься на поучительную сказочку о мистической библиотеке Ока.
Вздыхаешь и думаешь, что для назидательной басенки можно было придумать что-то чуть более оригинальное.

Но на любые новые туманные упоминания продолжаешь с какой-то затаённой надеждой вестись. Искать людей. Задавать вопросы.

И никогда по-настоящему не рассчитываешь, что однажды можешь наткнуться на неё почти случайно.

***

Дышать вампирам не нужно. И обменная система у них не работает в привычном смысле. Поэтому галлюцинаторный туман этой луны действовать на неё никак не мог.
По-идее.
Но как ещё объяснять то, что она перед собой видела, Мецкэнетт не знала.

Она вообще-то была здесь ради раскопок – ну да, те самые пресловутые руины забытых цивилизаций, в чьих скудных доступных описаниях угадывалось что-то, смутно намекающее на не вполне типичные погребальные ритуалы.
Эти развалины ещё были хоть как-то сохранны: снаряжать полноценные исследовательские экспедиции перманентно трипующим смертным было слишком накладно, и инициативным немёртвым вроде неё выпадал отличный шанс спокойно тут покопаться.

И играющая в расхитительницу гробниц некромантка совершенно не рассчитывала обнаружить тот куш, который вдруг встретил на выходе из очередного заваленного туннеля.

Но строение было. Вдали, почти на горизонте, но было. А вчера его не было. Взгляд сквозь девинационную призму окрашивал вид столь сильными и яркими вспышками магии, что разобрать что-то в этой какофонии ей было не под силу. Понятно было одно: не иллюзия. Не полностью, по крайней мере.

Бросив всё, Мец продиралась к нему сквозь густоту тропического подлеска в каком-то слепом одержимом предвкушении, до конца самой себе не веря. Это правда могло быть оно? Она точно в себе? Боги, это почти как в детстве смотреть на запакованный подарок, который ещё не разрешают открыть – вся изведёшься, гадая, что же обнаружишь внутри.

Даже когда небо начало светать, когда двигаться под тусклым светом Сатины стало тяжело и мучительно больно, Мецкэнетт продолжала упрямо брести вперёд, убежденная: стоит ей прерваться на дневной сон, и чудесное наваждение истает, как дым на ветру.

***

Добравшись до входа, измождённая вампирша застыла, симметрично безмолвно пялясь на встретившего её человечка.
Ей что-то полагалось сделать? Сказать? Что? Он выглядел таким… нормальным. Обычным. Может, разочаровывающе-обычным, а может, пугающе-обычным. Может, всё сразу. Мец не могла определить. Хотя, пожалуй, обычно такой мелкий невзрачный мужчина не вызывал бы такой смеси эмоций. Вот же сила контекста. .

— Доброе утро, — только и смогла выдавить кровососка. Кажется, случаю приличествовали какие-то более возвышенные фразы, но взбудораженная Мецкэнетт почти физически не способна была выдать хоть что-то более оригинальное.

Это, конечно, миф, что таким как она обязательно нужно приглашение в чужую обитель, но получать его всегда было приятно. Особенно в такую.

К тому же, вдали от солнечного света сразу стало легче.

Второе создание, встретившее её внутри, ошарашило своим поведением ничуть не меньше, чем первое. Вообще-то последние века полтора с хвостиком все приличные кошки на неё исключительно шипели и шарахались, наплевав на всякий морок артефакта. Ну не любили они с хладными трупами общаться, что с них взять.

Присев, вампирша растерянно погладила странное создание, да так осторожно, будто боялась развеять иллюзию. Ну или что кот сейчас обернётся какой-нибудь жуткой тварью, которая ей ногу по локоть откусит.
Хотя нет, в этом было бы хоть что-то успокаивающе предсказуемое. А он… ощущался нормально.

— На моей родине их почти никто не держит, — Шестеро, она действительно не гладила кошек примерно вечность, — Слишком мало живут, слишком сильно привязываешься.

Один из её дядюшек, конечно, рассказывал, что как-то по молодости решил одарить одного своего любимца той самой заразой, что ходила в кругу их семейки; только получившаяся бестия оказалась настолько кровожадной и не желающей довольствоваться мышами, что мир от графа Мяукулы пришлось избавить в сугубо гуманистических целях.

Подняв голову, Мец осмотрела бесконечные ряды книжных полок. Здесь правда найдётся всё, что она пожелает?

— Так… Каковы правила? — внушительные стражи, магические ловушки, неприветливые надменные хозяева, грозящие дезинтегрировать нежеланного (то есть любого) гостя – всё это было было очень и очень понятными правилами игры, с которыми всякому ясно, как обходиться. Но если настолько мистичное место могло позволить себе выглядеть настолько прозаично – о, это заставляло проявить куда больше пиетета.
Абсолютно очевидно, что способ защититься от чрезмерно наглых вторженцев у библиотеки был, но куда более непредсказуемый и изощрённый.

[Джулиан Вудкрофт]

Уж кто-кто, а Арчи был совсем не против ласки, будь перед ним хоть вампир, хоть амальгарх. Тонко мяукнув, он приподнялся на задние лапы и боднулся башкой в приближающуюся ладонь еще до того, как его успели погладить. Да еще и сожмурился, завибрировав от удовольствия раскатистым мурлыканьем.

— Это действительно так, — согласился Джулиан, наблюдая за идиллической сценой. — Но этот парень… он часть этого места. Смерть больше не видит его.

Бесконечные ряды книжных полок, вопреки неприветливой славе, мрачными не казались. Книги были по порядку расставлены на высоких деревянных стеллажах, второй ярус представлял собой открытую галерею, опоясывающую зал, посреди библиотеки располагалась винтовая лестница, ведущая в хранилище артефактов. Просторное помещение, залитое мягким золотистым светом, пожалуй, даже могло произвести впечатление уютного, особенно в сочетании с мерной дробью дождя по стеклам больших арочных окон. Однако сквозь сами окна нельзя было разглядеть ни пасмурных окрестностей, ни самого дождя — там лишь клубился непроглядный сизый туман, словно здание библиотеки не существовало в реальности.

Вопрос посетительницы прозвучал неожиданно для Джулиана. Надо же, кто-то соизволил озаботиться правилами. Это было непривычно, он даже немного смягчился к незнакомке. Будто бы приличная… хм, эльфийка? Он смутно чувствовал, что не все так просто с этой женщиной, но это была не того рода загадка, которая могла бы задеть его любопытство. В конце концов, кто она и зачем пришла — это совершенно не его дело.

— Полагаю, вы хорошо представляете, где оказались? Это — библиотека Ока. Я — Джулиан Вудкрофт, Наблюдатель.

Само собой разумеющееся именование слетело с губ легко — тот, кто служит Оку, непременно Наблюдатель, как же иначе. Хотя вряд ли это имело какой-то смысл для его собеседницы.

— Поскольку вы добрались до этого места, вы вольны взять отсюда любую книгу и любой артефакт. Если вас интересуют свойства той или иной вещи, я расскажу вам. Если вам нужно что-то определенное, я могу помочь с выбором, — сообщил он бесстрастным тоном, будто проговаривал текст, который звучал уже множество раз. — Возвращать не обязательно — я сам заберу, когда придет время.

Взяв со стола пару каталогов, Наблюдатель подошел к эльфийке и протянул ей увесистые книжицы. Он сам скрупулезно каталогизировал все книги и реликвии библиотеки и мог поручиться за то, что ни одна вещь не была упущена из внимания и все находилось на своем месте.

— С этим будет проще. Этот каталог для книг, этот — для артефактов. Можете выбрать оглавление по алфавиту или сортировку по свойствам. Напротив каждой книги указан стеллаж, на котором она стоит. Пожалуйста, не сбрасывайте все с полок, это не поможет вам быстрее найти искомое.

Каждый стеллаж имел буквенное обозначение, цифра перед буквой указывала на ярус библиотеки. Помнится, когда Джулиан только приступил к своим обязанностям Наблюдателя, зал был в полном беспорядке — вся литература вперемешку, все магические предметы вразнобой. Он не раз ловил себя на мысли, что если здесь до него был другой Наблюдатель, то его организационные навыки оставляли желать лучшего. Но сейчас все было систематизировано безупречно, что и немудрено, учитывая, сколько у Джулиана было свободного времени за все эти столетия.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Начёсывая щёки паранормальному мурлыкателю, Мецкэнетт была заинтригована пророненной в ответ на её замечание информацией. Значило ли это, что кот просто не умирает от старости, что его нельзя убить, или что он возрождается? Перестал ли он быть живым существом? Какими свойствами обладает его кровь, если она у него есть?
И относилось ли то же самое к тому, кто представился Наблюдателем? Нельзя исключать, что в итоге придётся проверить.
Не на коте, разумеется. Этот получил только порцию энергичных похлопываний по крестцу, прежде чем вампирша от него оторвалась.

— Не думаю, что действительно представляю, — пробормотала женщина, и, помедлив, тоже добавила, — Мецкэнетт.

Она не обманывала себя мыслью, что её имя его хоть сколько-то волновало, но представиться в ответ казалось правильным, раз Джулиан назвался ей. И вновь, так… обыденно.
Хуже было бы только носи он бейджик.

Последовавшее за объяснениями “заберу, когда придёт время” заставило что-то внутри неприятно похолодеть. А она и без того была не то чтобы тёплая.

“Как же ты это поймешь?”

Благодарно кивнув, принимая из рук человека инвентарные книги, эльфка скоро, на весу, их бегло пролистала. Некромантия, конечно ей нужна некромантия. Где ещё может найтись знание, которое она ищет, если не здесь?

— И как, — отмахиваясь от беспокойства, кривовато усмехнулась магичка, — За скабрёзными романчиками к вам часто заскакивают? — мысль о какой-нибудь людской маразматичной старухе, случайно наткнувшейся на инфернальное хранилище знаний, выйдя в лес за грибами, и решившей одолжить книжку “1000 и 1 рецепт засолки огурцов”, чуть не заставила вампиршу идиотски захихикать.
И проверить, есть ли в каталоге соответствующие категории.

Хотя к чести сказать, взять себя в руки и посерьёзнеть у Ксеф’Хаир получилось достаточно быстро. Оторвавшись от перечня, она пристально посмотрела в зелёные – слишком зелёные? – глаза.

— Что, если я захочу взять несколько книг? Или решу остаться прочесть их в зале? — вопрос, невинно прозвучавший бы в стенах примерно любой другой библиотеки обитаемой вселенной. Здесь он происходил из желания прощупать границы. И рождало его то качество личности, которое, услышав правило, первым делом заставляло думать, как его так можно обойти, нарушить или заабузить, чтобы остаться чистенькой.

Это же свойство заставило думать и о другом:

— И что ты… это место желает в уплату? Услугу? Добыть другой, соотносящийся по ценности артефакт или магический том? — такая система могла бы хоть немного объяснить масштабы хранилища. Эльфка задумчиво наклонила тёмную голову, — Один усурэйский божок, помнится, пожертвовал ради знания глазом. Библиотека Ока с этим никак не связана, нет? Мне, если что, мой левый всегда нравился немного меньше правого. Так, к слову.

“Только не проси отдать перворождённого сына, у меня с этим будут небольшие проблемы”

Хотя если здесь действительно найдётся искомое… Может, она заплатила бы за него и такую цену, если бы только могла.