Мотоцикл тряхнуло, когда пропало управление, метнуло в сторону. Ручка газа вернулась в нейтральное положение, машина крутанулась, и завалилась на бок перед тем, как заглохнуть и инерция тащила ее вперед еще с десяток метров, прежде чем остановиться, смяв густой кустарник.
Вирокс был готов к тому, что амальгарх попробует отомстить за вынужденное купание. Пытайся килеран избежать схватки наверняка — пространство, залегшее между ними было бы не в сотню метров, которые успел проехать байк по пересеченке, нет. Они бы просто оказались на разных орбитах планетарной системы. Только уже когда энергетическая сеть, такая же, в какую он сам поймал тварь, сдернула его с седла и поволокла по земле обратно в сторону озера, успел удивиться, что Шарх не попытался ударить всерьез. Вир только сгруппировался, прикрыв голову руками, его пару раз тряхнуло, и крепко, но от ссадин защитила мотоциклетная экипировка, хотя, если уж по честному, такая атака серьезно навредить могла бы разве что совсем неподготовленному человеку. Наршерри мстил за обиду, а не бил, пока у него есть преимущество. Или осторожничал и берег силы?
— Что тебе еще? — выругавшись, прорычал Вирокс вслух, выпутываясь и рассеивая остатки магической сети. С лесным сором, застрявшим в волосах, грязью на щеке и в протертой до дыры на плече курткой, с парой легких ушибов, что заживут раньше, чем он снова о них вспомнит: измененный постарался, основательно протащил его по земле. Вирокс глянул в небо, даже не поднявшись с земли — над верхушками деревьев кружила сероватая в ночи тень. Шарх выбрал удобную позицию: выше, чем килеран достанет, без того, чтоб не стрелять или бить серьезными заклинаниями, в условной безопасности полета, оставив себе полную свободу действий. Губы Лика искривились, не то — в оскале, не то — в ухмылке. Затягивать начало драки он не любил.
Зачерпнув магической силы, он отвел руку назад, словно дернул на себя, и в спину амальгарху ударил шквальный ветер, заполнивший собой крылья, выворачивающий их, лишая подъемной силы. Вироксу не нужно было понимать всю физику полета существа, он просто тащил Шарха вниз, словно на двух парусах. Крылья твари действительно нравились килерану, но и их уязвимость ему была очевидна.
Вирокс действовал с холодной головой, но что-то глубоко-первобытное поднималось к поверхности, из самых глубин генетической памяти. Шарх не дал спокойно уйти, остановил. Вызов, на который зверь в самом Вироксе не прочь был ответить. Иронично, но готовясь сцепиться со Шархом, Вирокс, получалось, свершал не нужное ему самому доброе дело: спасал ничего не ведающих обывателей на дальнем берегу от участи стать сытью хищника высшего порядка.
В тот момент, когда Шарха распластало на земле, ветер пропал, и Вирокс, как расправленная пружина, рванул вперед. Сцепившись в клубок, они покатились по земле. Беречься когтей, пожалуй, хвоста. Что итог схватки, каковы критерии победы, когда две твари расцепятся — это его сейчас не заботило.