Вирокс скользнул взглядом кобуре под курткой Кийтала.
— Хорошо. — "Только под пули не лезь, ради хаоса. Это моя работа." Вирокс бы засмеялся, но веселье в тоне потонуло за шумом ливня. — Раз хочешь потехи. — Он сам не считал, что перебить шайку обнаглевших бандитов — развлечение. Скорее монотонная работа. Но все равно, слишком уж расслабляться не стоило, даже точно зная, кто тебе противостоит. Он знал. Почистить Тиарсис от этой компании — оказать обществу услугу. Мелкую, упоминаний не стоит, но все же услугу. И даже такие, они могли навредить. — Но я тебе за это не заплачу. — Вроде пошутил, но ни один наемник по доброй воле не подставится за бесплатно, и хаоситу просто было интересно, как эльф ответит. Так что была ремарка была не из жадности, скорее последовательность в изучении. Вирокса, конечно, можно было упрекнуть, что он предвидел, что обронить эту фразу шанс представится, раз уж остроухий в принципе согласился, но в конце-концов, и связывался он с артефактором, а не боевиком. Вирокс по внешности не судил, но именно это слово было последним, пожалуй, что возникало в голове, при взгляде на Кийтала. Килеран отвернулся и хотел уже двинуться к ближайшему из зданий, но ладонь темного остановила его.
Что Наршерри имел ввиду, сказав, что чувствует банду? Лик оглянулся на эльфа через плечо, мазнул взглядом по руке. С ним многие хотели сократить дистанцию. Отваживались, зная, кто он такой, только отчаянные или очень уверенные — по крайней мере за пределами Скайлумиса, и подобную осторожность в окружающих Вирокс обычно поощрял. А Наршерри вообще не выглядел так, словно мог сам решить кого-то коснуться без очень на то веских оснований. Амальгарх выглядел сосредоточенным, вслушивающимся. Может, поэтому и предпочел сказать вслух, а не дотянуться до мыслей Вирокса телепатически. Подобное знание немного путало карты. Как минимум один должен был быть либо мертв, либо нервничать. Если не от того, что его схватили какие-то подонки, то как минимум от того, что подвел Вирокса. Курьер была либо убита, либо не тревожилась, дожидаясь своего спасения.
— Я понял. Сейчас исправим. — мрачно отозвался бескрылый.
Просторная площадка с парой припаркованных фур, в тени которых они и остановились, была освещена промышленным прожектором, колыхавшимся на невысокой мачте. Косые лучи его света дробились в каплях ливня, и до земли долетали рассеянными и серыми, но все равно было довольно светло. Вирокс выглянул из-за прицепа, и, подняв руку, выпустил в сторону лампы незатейливый импульс силы, не утруждая себя спецэффектами: ни формирования луча, или придания ему цвета, ни привязки к стихии — чистая энергия. Раздался треск стекла, едва различимый в шелесте капель, и свет погас.
Вирокс легко запрыгнул на рампу, протиснулся к пластиковой, давно уже выжелтевшей и потрескавшейся ленточной шторе, скользнул во внутрь, оказавшись в небольшом приемном блоке, заставленном штабелями пустых паллет. Банда действительно расслаблялась где-то внутри в глубине помещений, и Вирокс тихо ступая, направился прямо к желтому прямоугольнику света в дальней его части — к тому, что вел в подсобные помещение, а не на сам склад.
Ангар, судя по всему, готовился либо к продаже, либо к ремонту и реорганизации — по назначению явно не использовался. На пути в глубь помещений их ждала умеренная разруха. Откуда-то сбоку раздалось щелканье пьезы зажигалки, и, раньше, чем прикуривавший похититель успел выйти из дверного проема, Вирокс, сделав подсечку, ухватил падающего навзничь за волосы. Под ударом армированного мотоциклетного ботинка лицо лопнуло, словно было сделано из баллистического геля. Килеран вздернул его на ноги, и швырнул прямо на идущего следом приятеля, и тело прошило несколько пуль, предназначавшихся им с Наршерри — или одному только Вироксу. Еще один выстрел, теперь уже из пистолета Вирокса, и трупов в пустом предбаннике, когда-то бывшим кантиной для разнорабочих, стало два.
— Они все еще беспечны? — Лик мимолетом коснулся мыслей Кийтала. Вряд ли так можно было сказать. В глубине помещений можно было уловить лязг сбрасываемых предохранителей и какие-то крики. Но и банда велика не было, человек — в основном то были люди — осталось-то всего пятеро. И еще одна фигура, сидевшая у какой-то трубы, прикованная за руки, кажется, женская — она была в сознании но, по-прежнему, расслабленная. Вирокс не в первый раз вытаскивал ее из подобных ситуаций.