Заявление Кийтала было несколько спорным, конечно, учитывая состояние их пленника - ободран о каменную мостовую двора и подстрелен. Мирными путниками их ему сложно было назвать, даже учитывая, что вырос он на такой луне, как Талия. Впрочем, мужчина не спорил: не потому, что был согласен, а потому, что двое незнакомцев были вооружены и настроены решительно.
- Что это? Что это?! - он все же явственно забеспокоился, когда Наршерри вытащил из кармана подозрительно, в его глазах, выглядевшую приблуду, но когда та испустила заряд, боль в раненой ноге несколько утихла, кровь перестала литься на камни, да и в голове, такое впечатление, немного прояснилось. Утаивать он ничего не стремился, и ответы, хоть и несколько несвязные от страха, они получили: мужчине искренне хотелось жить.
![[Изображение: bb3a1b2265d8.png]](https://i.ibb.co/hx0YZrY1/bb3a1b2265d8.png)
Его звали Эрик Тингер, и он был механиком из городишка у подножия утеса. В усадьбу Санградос, он, как и большинство мастеровых, сюда прибывали по распоряжению Владыки, выполнять всякий ремонт, когда требуется, но в этот раз уже дней семь жил прямо тут. Происходило же тут банальное - бунт горожан, озлобившихся на своего правителя.
В городе дела шли худо, люди часто погибали, их изуродованные тела находили на улицах со следами когтей, часто - без рук и без ног, в лужах собственной крови. Горожане молили о помощи, но из высокого манора им лишь выставляли требования, опустошавшие и скудную казну, и карманы жителей. Кто-то, кого Эрик назвал новым Епископом, возглавил негодующих.
Они проникли в усадьбу, и то, что было дальше, он знал только с чужих слов: немногочисленных слуг перебили и сбросили с утеса, а Епископ, под одобрительные вопли толпы, лично выволок Владычицу Сесилию, заковал в железо и запретил разграблять усадьбу - его не ослушались. Свергнутую госпожу увезли в город и дальнейшая судьба женщины была ему неизвестна. Говаривали, что ее сожгут на площади. Говаривали, что умерла от ран, сошла с ума, или просто заточена и предстанет перед божьим судом. Всякое говаривали.
"Дружков", считая женщину, которая их встретила, в особняке было восьмеро. Он сам, пара плотников и пять женщин - три служанки, и две святые сестры, прибывшие в город недавно. Все, кроме тех сестер, занимались уборкой и восстановлением дома по указанию Епископа, монахини же присматривали вроде как за каким-то ребенком, которого тут распорядились поселить, но дитя он не видал, а разговаривать с ними было позволено только старшей из горничных. Она-то и велела срочно готовить транспорт, когда они вторглись в замок, и с одним из мужчин уехала, он собирался отправиться в город с ними, но открывал ворота, так и попался в их руки. Оставшиеся прятались в особняке, напуганные, а где были святые сестры и их подопечный - он и не знал. Про артефакт или деньги он тоже ничего не знал, но вроде как казну поместья увезли в город вместе с бывшей хозяйкой.
В принципе, рассказ неплохо иллюстрировал и происходившее на улицах города - и в сумерках, и ночью. Здесь запирались на все засовы и замки, какие могли вообразить. Впрочем, как изменилась за последние десять дней жизнь в городе он не мог сказать - неполную декаду после бунта провел в Санградос, а приезжали сюда сейчас редко - доставляли припасы и скудные сплетни.
Эрик рассказывал скомкано, непоследовательно, но подробно, и искренне надеялся, что этот рассказ выкупит его жизнь у чужаков.
[mask name="" status="" avatar="https://i.ibb.co/fY544LjL/44ad961ca502.png"][/mask]
