Алый блеск тормозных габаритных огней был ответом. Незнакомый парень надел шлем и умчался в ночь, и, хотя килеран не собирался его за это винить, счел эту ретировку поступком недальновидным, потому, хотя бы, что пыльный мотоцикл на дорогах в перекрытом районе, после таких феерверков наверняка не оставит равнодушным стражей порядка, спешивших туда, куда еще недавно закрывали обзор пачки интеров.
Сил Наршерри-то, чтоб удержать арматуру хватало, но вот стабилизировать его и одновременно пытаться его перепилить... Вирокс чуть не взвыл, когда от давления прут завибрировал и сам перехватил край рукой, стараясь минимизировать колебания. Даже материться не хотелось, и он сосредоточился на дыхании, стискивая металл до побелевших костяшек. Впрочем, под мотоциклетными перчатками этого видно все равно не было.
Сирены приближались, но парень подарил им несколько дополнительных минут - два флаера действительно сошли с курса и направились ему наперерез, собираясь выяснить, кто там такой ретивый, а другие шли в стороне. Но это не значило, что можно было медлить. Вирокс начал медленно отгибать прут, расширяя место распила, чтоб эльф быстрее с ним мог справиться. Вскоре, глухо звякнув край о край, штырь развалился на две части и Лик, опираясь на руки, выбрался из-под мотоцикла.
- Выдергивай, - согласился он, вытягиваясь на асфальте и хватаясь за лежащий байк, чтоб рывок просто не поднял его самого с земли, как бабочку на игле. - Только следи на направлением... Еб твою ма-а-ать!.. он сдавленно зашипел, когда прут пошел из раны. Вот тут действительно, показалось, что зря он отказался от предложения Наршерри. Вирокс вцепился зубами в грязный рукав кевларовой куртки, избавив эльфа от потока брани, который хотелось исторгнуть. Едва металл покинул рану, хлынула парящая кровь, затекая в штанину, а из дыры в ткани повалил явственный пар. Переждав несколько секунд головокружения, килеран зажал ее рукой, призывая вязкую, черную как гудрон эфирную силу, и спустя пол минуты его лицо немного расслабилось. Регенерация вкупе с целительным заклинанием сделают свое дело, и скоро, но теперь он хотя бы мог подняться, хотя пока и не мог толком опереться на раненую ногу.
Оставалось позаботиться о мотоцикле, лежавшим перед ним грудой искореженного железа. Вирокс глянул на эльфа.
- Тяжеловат для переноса. Придется сделать костерок. Откати свой байк подальше. Сейчас рванет. - предупредил он, отступая и сам. - И готовься рвать отсюда когти.
Спускать бак и дожидаться, чтоб развеялись пары не было времени. Сперва, казалось, ничего не происходило, но Наршерри почувствовал, как загудел телергический эфир, аккумулируясь в заклинание Лика Смерти. А в следующий миг остатки мотоцикла килерана дрогнули и потекли, разогреваясь. Первыми закапали на асфальт пластины обвеса, запузырилась краска, затем металл начал светиться, разогреваясь. Потом где-то в его глубине родился глухой, нарастающий звук, словно запертый в тесной оболочке. Давление сорвалось внезапно: сухой треск, и сразу за ним резкий хлопок — бак рванул изнутри, выбрасывая узкий, яростный язык пламени, который на мгновение прорезал воздух и тут же схлопнулся, обдав жаром. Ударная волна прошла быстро, короткая, оставив после себя только треск и тяжёлый сладковатый запах перегретого топлива. Вирокс не дрогнул — лишь чуть склонил голову, оценивая, как остатки мотоцикла окончательно теряют форму, оползая в бесформенную, тускло светящуюся массу металла. На все ушло с десяток секунд, но они были дороги. Приманил по воздуху свой шлем, коротко на него глянул и отшвырнул на остатки мотоцикла, плавиться вместе с ним, а сам заковылял к Наршерри, выразительно припадая на раненую ногу:
- Подбросишь? - и он с силой врезал по габаритным огням уцелевшей машины, кроша и пластик и нутро фонаря. - Пришлешь счет в филиал.