Друзья давно собирались порыбачить вместе. Ещё с весны. Но вот время оказалось выбрать сложно. У всех вдруг появились дела — настоящие, взрослые, от которых уже нельзя было просто отмахнуться. У Вари — отцу помоги в торговле, потому что с работниками стало туго. У Андрейки — кузница, уголь таскать да меха качать. Дашка и вовсе почти каждый день сидела с младшими, словно сама уже не девчонка, а вторая мать в доме. Только Иванка и Катерина были свободны, как полёте и готовы рыбачить хоть каждый день. Они долго спорили, два раза откладывали и, наконец, выбрали время, которое всех устраивало.
Утром было все хорошо. Варя проснулась раньше обычного. Наскоро оделась, помолилась. С Ольгой Андреевной она больше не занималась. Поэтому утро было свободно. Она вышивала, читала и всё поглядывала в окно с тем редким, почти детским нетерпением, которое в последнее время случалось всё реже. Казалось, стоит только добежать до реки — и всё снова станет как раньше. Андрейка обещался освободиться после завтрака и поэтому все ждали его. Варя уже собиралась уходить, заметив, что Иванка уже битый час слонялся под окнами с удочкой и пустым ведром, то насвистывая, то пихая палкой чужого гуся от скуки.
- Я с ребятами порыбачить! - бросила она матушке убегая, - Удочку возьму?.. Я назад принесу!
Однако, та ее окликнула и попросила подойти. Варя недовольно поплелась на кухню. На столе лежала увесистая книга "Жития святых" и матушка тоном, не терпящим возражения, велела садится и читать. Мол, с этими отцовскими делами она совсем читать перестала. Варя принялась протестовать и ныть, но случайно брошенное от матушки слова о том, что и Ася крест сняла, и Варя теперь ни Псалтырь, ни "Жития" не читает, заставили её покориться. Не из-за упрямства даже, из-за неожиданного понимания, что матушке это важно и она переживает.
Прежде чем сесть за чтение, она попросила Глашку сообщить остальным, что придёт позже. Читать было мучительно. Буквы расплывались, мысли всё время убегали к реке — к костру, разговорам, смеху. Варе казалось, будто хорошее летнее утро проходит мимо неё, пока она сидит здесь, в душной комнате, над чужими жизнями святых. Матушка просила иногда останавливаться и подробно рассказывать "что запомнила", но Варя ничего не запомнила. Тогда приходилось перечитывать. Поэтому она освободилась только ближе к обеду. Матушка на ходу спросила с кем идёт рыбачить. Варя сказала, что "все придут". Побежала так быстро, как могла, и только на полдороге поняла, что удочку так и оставила дома.
"Их место" она нашла быстро. Ребята там всегда рыбачили. Она уже заранее слышала в голове Катеринин смех, ругань Иванки из-за запутавшейся лески, видела, как Андрейка возится с костром, а Дашка ворчит над мелким уловом. Однако, ни смеха, ни костра, ни разбросанных вещей. Только Андрейка сидел у воды, лениво следя за неподвижным поплавком.
Варя остановилась так резко, будто налетела на что-то невидимое.
- А где все? - выпучила глаза Варя.
Меню
![[Изображение: 4ede2fa1cde7eb7114c35f6e2d4d9f35.gif]](https://i.pinimg.com/originals/4e/de/2f/4ede2fa1cde7eb7114c35f6e2d4d9f35.gif)
